Бродский - Наум Блик

Я всегда твердил, что судьба — игра

Что зачем нам рыба, раз есть икра

Что готический стиль победит, как школа

Как способность торчать, избежав укола

Я сижу у окна.

За окном осина

Я любил немногих.

Однако — сильно

Я считал, что лес — только часть полена

Что зачем вся дева, раз есть колено

Я всегда твердил, что судьба — игра

Что зачем нам рыба, раз есть икра

Что готический стиль победит, как школа

Как способность торчать, избежав укола

Я сижу у окна.

За окном осина

Я любил немногих.

Однако — сильно

Я считал, что лес — только часть полена

Что зачем вся дева, раз есть колено

Что, устав от поднятой веком пыли

Русский глаз отдохнет на эстонском шпиле

Я сижу у окна.

Я помыл посуду

Я был счастлив здесь, и уже не буду

Я писал, что в лампочке — ужас пола

Что любовь, как акт, лишена глагола

Что не знал Эвклид, что, сходя на конус

Вещь обретает не ноль, но Хронос

Я сижу у окна.

Вспоминаю юность

Улыбнусь порою, порой отплюнусь

Я сказал, что лист разрушает почку

И что семя, упавши в дурную почву

Не дает побега;

что луг с поляной

Есть пример рукоблудья, в Природе данный

Я сижу у окна, обхватив колени

В обществе собственной грузной тени

Моя песня была лишена мотива,

Но зато ее хором не спеть.

Не диво

Что в награду мне за такие речи

Своих ног никто не кладет на плечи

Я сижу у окна в темноте;

как скорый

Море гремит за волнистой шторой

Гражданин второсортной эпохи, гордо

Признаю я товаром второго сорта

Свои лучшие мысли и дням грядущим

Я дарю их как опыт борьбы с удушьем

Я сижу в темноте.

И она не хуже

В комнате, чем темнота снаружи